чем всучить редактору невероятнейшей гадости. Извергая старательность, как Везувий и Этна, курьер врывается. «К редактору! Лично!» В пакете с надписью: — Совершенно секретно — повестка на прошлогоднее заседание публичное. Затем курьер, красный, как малина, от НКИД. Кроет рьяно. Передовик президента Чжан Цзо-лина спутал с гаоляном Наконец, библиограф! Что бешеный вол. Машет книжкой. Выражается резко. Получил на рецензию юрист — хохол — учебник гинекологии на древнееврейском! Вокруг за столами или перьев скрежет, или ножницы скрипят: писателей режут. Секретарь у фельетониста, пропотевшего до сорочки, делает из пятисот — полторы строчки. Под утро стихает редакционный раж. Редактор в восторге. Уехал. Улажено. Но тут… Самогоном упился метранпаж лишь свистят под ротационкой ноздри метранпажины. Спит редактор. Снится: Мострест так высоко взвинтил ставки — что на колокольню Ивана Великого влез и хохочет с колокольной главки. Просыпается. До утра проспал без про́сыпа. Ручонки дрожат. Газету откроют. Ужас! Не газета, а оспа. Шрифт по статьям расплылся икрою. Из всей газеты, как из моря риф, выглядывает лишь —          парочка чьих-то рифм.


3 из 358